Потенциал сетей 5G ещё не раскрыт полностью, а в мире уже начинается подготовка к следующему поколению связи. Пока непонятно, станет ли 6G настоящим технологическим скачком или повторит судьбу 5G, которую многие называют скорее эволюцией, чем революцией.
К такому выводу пришёл Бьёрн Фегерстен, генеральный директор аналитической компании Politea и старший научный сотрудник Шведского института международных отношений. Он подготовил для министерства иностранных дел Швеции доклад о геополитике 6G и роли Европы в этой гонке.
«Но мы можем рассчитывать на более высокую скорость, большее число подключённых устройств и меньшую задержку», — говорит он. Эти характеристики критически важны для развития беспилотного транспорта, умных городов и передового производства, а в сочетании с ИИ и квантовыми вычислениями их эффект становится ещё заметнее.
Планы уже составляются
Хотя весь потенциал 5G ещё не реализован, планы по 6G уже формируются по всему миру — в виде программных документов и различных концепций от игроков телекоммуникационной отрасли. За этим процессом внимательно следят технологические соперники — США и Китай.
Для Евросоюза 6G — особая тема: телекоммуникации и связь исторически являются сильной стороной Европы, точнее, скандинавских стран, где работают Ericsson и Nokia. На этот раз именно им предстоит извлечь из этого выгоду. Ставки высоки: грамотное управление технологическим переходом означает выбор выигрышного стандарта и его быстрое внедрение.
«Мы видели это на примере Швеции при развёртывании 4G — оно было очень успешным и во многом легло в основу многих наших компаний-единорогов», — говорит Фегерстен. По его словам, с развёртыванием 5G в Европе всё было не так быстро и скоординированно, как хотелось бы, и многие до сих пор ищут выигрышные бизнес-стратегии в этой сфере. Поэтому вокруг 6G формируется явный рыночный запрос на реванш.
Сложная геополитика
Новый геополитический ландшафт, сложившийся после прихода Дональда Трампа к посту президента, усложняет для Европы выбор пути. В докладе описаны три сценария того, как ЕС может действовать в отношении 6G. Они зависят от степени сотрудничества стран ЕС между собой, от готовности Евросоюза сотрудничать с США и от уровня конфликта между США и Китаем.
В первом сценарии ЕС формирует единый фронт с США, договариваясь по вопросам безопасности сети 6G и промышленным аспектам, где американские технологические компании получают свою роль. Сюда, например, могла бы войти более тесная интеграция спутниковой системы Илона Маска в будущие мобильные сети. Такой вариант выгоден и США, и Европе: часть стран предпочитает поддерживать европейский подход, а не китайский, поэтому США выгодно иметь в этой технологической сфере близкого союзника.
При этом реальность выглядит иначе. «Этот сценарий, вероятно, был целью сотрудничества между ЕС и администрацией Байдена в рамках Совета по торговле и технологиям. Но судя по тому, как США сейчас относятся к Европе — а об этом можно судить по переписке в Signal, — такой вариант выглядит довольно далёким», — отмечает Фегерстен. По его словам, многие европейские страны начинают переосмысливать уязвимость, которую они ощущают из-за полной зависимости от американских технических систем.
Единство или раздробленность
Второй сценарий предполагает, что европейцы держатся вместе и движутся к своего рода технологическому суверенитету: больше разрабатывают сами, создают условия для роста собственных возможностей и готовы защищать свои интересы необходимыми средствами. Это может включать защиту важных отраслей от поглощений, а также механизмы защиты не только от Китая, но и от США. Такое направление шире прослеживается и в других технологических инициативах, например в проекте Eurostack. «Сейчас именно эта объединяющая сила набирает импульс в Европе», — говорит Фегерстен.
Третий сценарий — ЕС не удаётся объединиться, страны начинают конкурировать друг с другом. «Некоторым странам может быть комфортнее мириться с определёнными уязвимостями в отношениях с Китаем, а другим — с США. И это даёт довольно слабые перспективы для формирования общего рынка», — поясняет Фегерстен.
Важная оговорка: эти сценарии не следует воспринимать как истину в последней инстанции — скорее как способ обозначить возможные направления развития. По словам Фегерстена, на практике события чаще разворачиваются где-то посередине, но подобное упражнение полезно для прояснения возможных путей.
Защита шведских интересов
Для Швеции важно рассматривать 6G и в контексте экономической безопасности. Согласно докладу, США могут воспринимать как геополитическую уязвимость то, что американские технологические гиганты используют инфраструктуру связи, предоставляемую другими игроками.
«Когда мы передаём и храним данные на AWS или пользуемся почтой Google и так далее, их бизнес-модель строится на этой связности, и вполне возможно, что они пытаются тем или иным образом стать от неё независимыми», — говорит Фегерстен. Поэтому, по его мнению, Швеции нужно заранее продумать, на какие уязвимости она готова пойти. «Как нам извлечь силу из членства в ЕС? Думаю, здесь нужен план», — добавляет он.
Координация в Северных странах
Фегерстен считает, что странам Северной Европы стоит координировать усилия, чтобы иметь запасной вариант на случай, если договориться в рамках всего ЕС не получится. «В телекоммуникационной сфере мы могли бы теснее работать вместе на скандинавской платформе, не саботируя при этом работу ЕС, — например, согласовывая графики развёртывания сетей и создавая продвинутый, сильный региональный кластер с достаточно широким консенсусом по технологическим и политическим вопросам. Думаю, стоит изучить потенциал сотрудничества в Северном регионе, который, возможно, пока не был полностью реализован».
При этом у ЕС есть все основания объединиться вокруг 6G и общего плана по обеспечению безопасности технологии: чем больше устройств подключается к сети, тем шире становится поверхность атаки. Речь идёт о стандартизации, быстром развёртывании и сохранении технологического лидерства. Технологии здесь тесно переплетаются с оборонной повесткой.
«Сейчас есть определённый импульс — не только в плане инвестиций в оборону в целом, но и потому, что в ходе перевооружения мы хотим строить более современные системы, а 6G — критически важная для этого технология. Есть синергия между перевооружением и попытками сохранить контроль над технологией, которая является сильной стороной Европы», — резюмирует Бьёрн Фегерстен.
Источник: NetworkWorld.